Добавить новость
Частые вопросы
Реклама у нас
|23 Янв 2012

О войнах: Пауло Коэльо и Дейл Карнеги

В последнее время я часто вспоминала о том, что еще два года назад я жила более полной жизнью, чем сейчас. Я была отважной, я чувствовала всем сердцем, душой, и не боялась совершать поступки. Прошло всего 2 года, но я заметила, как я перестала быть той сильной Асей, которая не боялась следовать своему сердцу. От этого становилось обидно, потому что не так уж много времени прошло, и мне было тяжело осознать, что я нахожусь в плену у своего собственного страха.

Что было тогда, что у меня нет сейчас?

Я жила каждый божий день. Я думала о том, как бы мне обязательно сегодня позаниматься единоборствами, почитать книгу, встретиться с человеком, и при этом проработать 8 часов на работе, потратив 2 часа на дорогу.

Я стала замечать, что страх и беспокойство стали моими соседями. Я все время думаю о будущем, все время переживаю о том, как же я буду дальше жить, что же произойдет дальше. И сколько бы я себе не напоминала – yesterday is history, tomorrow is mystery, today is a gift – я не могла успокоиться. Я стала замечать беспокойство повсюду.

Меня даже начала поглощать мысль о том, что это уже нормальное перманентное состояние, и нормально быть взрослым человеком и вечно беспокоиться.

Недели 2 назад я нашла книгу Пауло Коэльо, Захир. В одном из отрывков героиня рассказывает, как она пошла работать военным корреспондентом, чтобы почувствовать полноту жизни.

«Военные живут одним моментом», и тут что-то щелкнуло во мне. Военные они те же самые войны прошлого, которых я так уважаю. Войны не думают о том, что будет завтра, они принимают решения, и просто идут в бой – без сожаления, без сомнения и колебания. Эти мысли мне были всегда понятны, так почему я не понимала воинов нашего времени?

И как это бывает, ты начинаешь думать о чем-то, как мир начинает сосредотачиваться на этой же теме. Я взяла такси вчера после кино, и водитель заинтересовался откуда я. Россия, Москва, отвечаю с улыбкой. Наш разговор дальше развивался вокруг Второй мировой войны. Мне было любопытно, какую же версию истории мне расскажет американец, но на мое удивление, он восхищенно начал отзываться о русской армии, как она противостояла нацистам, и вообще мир был спасен русскими. Водитель настоял на том, чтобы я обязательно послушала истории своих дедушек и бабушек о войне: «мы не должны забывать уроки истории, потому что история имеет обыкновение повторяться».

Ночью я набрала текст в поиске, и наткнулась на книгу Дейла Карнеги. Я раньше не слышала о нем ни разу, но фраза: «Прочитайте первые 44 страницы книги и, если вы не почувствуете, что она  дала  вам  новые  силы и чувство подъема для того, чтобы преодолеть беспокойство и наслаждаться жизнью - выбросьте эту книгу в урну. Она  не для вас.» убедила меня, что я нашла правильную книгу. И опять, отрывок о Второй мировой войне меня особенно вчера впечатлил. Хочу поделиться с Вами:

Во время второй мировой войны один молодой человек в военной  форме

- где-то в Европе - усвоил полезный урок. Его звали Тед Бенгермино. Этот

человек довел себя до психической травмы в боевых условиях.

"В  апреле  1945  года,  -  пишет  Тед  Бенгермино,  -  я так много

беспокоился, что меня поразил недуг, который врачи  называют  "слизистый

колит". Это заболевание причиняло мне невыносимую боль. Если бы война не

кончилась в то время,  я  уверен,  что  окончательно  бы  подорвал  свое

здоровье.

Я был  совершенно  изможден.  Я  служил унтер-офицером  похоронной

команды  94-й  пехотной  дивизии.  Моя  работа  заключалась в том, что я

должен был помогать  заполнять  учетные  карточки  всех  убитых  в  бою,

пропавших без вести и госпитализированных. Я также должен был откапывать

тела солдат, как союзников, так и врагов, которые были  убиты  и  наспех

похоронены  в  неглубоких могилах в разгаре боя. В мои обязанности также

входило собирать личные вещи убитых и следить за  тем,  чтобы  они  были

посланы  их родителям или ближайшим родственникам, для которых они будут

очень дороги. Меня постоянно преследовал страх,  что  мы  могли  сделать

серьезные  ошибки.  Я  беспокоился  о  том,  как я все это выдержу. Меня

угнетала мысль, доживу ли я до того момента,  когда  смогу  подержать  в

руках  своего  единственного  ребенка  -  моему  сыну  было  шестнадцать

месяцев, но я никогда не видел его. Я был настолько расстроен и измучен,

что  потерял  тридцать  четыре  фунта  в весе. Я был на грани безумия. Я

взглянул на свои руки. Они напоминали руки скелета. Я пришел в ужас  при

мысли о том, что мне суждено вернуться домой инвалидом. Я был доведен до

полного отчаяния и плакал, как ребенок. Я был  настолько  потрясен,  что

каждый  раз,  когда оставался один, слезы струились по моим щекам. После

битвы в Арденнах наступил период, когда я плакал так  часто,  что  почти

потерял всякую надежду снова стать нормальным человеком.

В конце концов я оказался в госпитале. Один военный  врач  дал  мне

совет, который полностью преобразил мою жизнь. После тщательного осмотра

он пришел к выводу, что в  основе  моих  заболеваний  было  расстройство

психики.  "Тед,  -  сказал он, - я хочу, чтобы ты смотрел на свою жизнь,

как на песочные часы. Ты знаешь, что тысячи песчинок находятся в верхней

части  песочных  часов;  и  все  они медленно и регулярно проходят через

узкую перемычку посередине. Если ты или я сделаем так, чтобы  через  это

отверстие в определенное время проходило больше, чем одна песчинка, часы

испортятся. Ты, я и все остальные люди  похожи  на  эти  песочные  часы.

Когда  мы утром встаем, возникают сотни дел, которые мы должны выполнить

в этот день. И  если  мы  не  будем  выполнять  эти  дела  по  одному  в

определенный  промежуток времени (как одна песчинка проходит через узкое

отверстие), а будем стремиться  сделать  все  сразу,  мы  подорвем  свои

физические или психические силы".

Я применял эту философию на  практике  с  того  незабываемого  дня,

когда  военный врач дал мне совет: "Одна песчинка - в единицу времени...

Одно дело - в определенный промежуток времени".  Этот  совет  спас  меня

физически  и  психически  во  время  войны;  он также помог мне теперь в

мирное время.  Я  работаю  клерком  Коммерческой  кредитной  компании  в

Балтиморе.  В  своей  деятельности  я  столкнулся  с теми же проблемами,

которые возникали передо мной во время войны, - мне надо было  выполнить

очень много дел сразу, но в моем распоряжении было слишком мало времени,

чтобы с ними справиться. Наши акции упали в цене. Нам надо было  вводить

в  свою  деятельность  новые  формы.  В  то время организовывались новые

акционерные общества, которые открывались и закрывались, меняли адреса и

т.п.  Вместо  того,  чтобы раздражаться и нервничать, я вспомнил то, что

мне говорил врач: "Одна песчинка - в единицу  времени,  одно  дело  -  в

определенный промежуток времени". Повторяя себе эти слова снова и снова,

я выполнял свои обязанности наиболее рациональным  образом.  Делая  свою

работу,  я  больше  не испытывал растерянности и замешательства, которые

чуть не искалечили меня в боевых условиях".

http://lib.ru/KARNEGY/karnegi3.txt

==========

Странное ощущение. Мне 26 лет, всего 26. А я чувствую, что моя задача сейчас – вспомнить. Вспомнить что-то настолько важное, чтобы дальше идти по этой дороге с достоинством и радостью.

Метки:

Анастасия Солнцева

Если Вы зарегистрированы

Если Вы новый пользователь

Правилами

Главные новости

Нью-йоркский велосипед

"ВЕЛОСИПЕДНЫЕ ДОРОЖКИ - САМАЯ ИДИОТСКАЯ ИДЕЯ МЭРИИ! ИМ И ТАК ОТДАЛИ ВЕСЬ ЦЕНТРАЛЬНЫЙ ПАРК! ЧТО БУДЕТ ДАЛЬШЕ?!" "Велосипедисты...

Последние новости

Цитаты
Вера сверкала горящими глазами и, прижимаясь к плечу очередного нового иммигранта, шептала: «Все у нас получится». Многие приписывали ей сверхъестественные чудеса, но документировано это не было. И все же, немногие сомневались в том, что вера всегда была лучшим и подчас единственным другом иммигранта. Она была его музой и вдохновением, его новым путем.
Константин Косячков в новости ‟Американская мечта”
Мнение
Я не чувствую никакой особой гордости за Канаду, никакого особого патриотизма не испытываю и отнюдь не считаю Канаду лучшей или худшей... Я просто рад, что это моя страна, что мне здесь хорошо и что у меня здесь наступает ощущение дома.